Просмотров: 336

«От жаркой работы растает твой срок!»

Марина МАКЕЕВА, газета “” август 2016

На территории СЗАО жили и были похоронены строители канала Москва — Волга

В начале августа исполнилось 80 лет со дня открытия железнодорожного моста через канал имени Москвы — на перегоне между платформами Покровское-Стрешнево и Тушино. Этот мост, как и шлюзы №7, 8 и 9, а также Химкинскую плотину, туннель под каналом на Волоколамском шоссе и сам канал (8 километров по долине реки Химки) строили заключённые Дмитлага — Дмитровского исправительно-трудового лагеря. О местах в нынешнем СЗАО, где 80 лет назад стояли бараки, шли работы и умирали десятки тысяч людей, рассказал житель бульвара Яна Райниса. Это внук одного из заключённых, сопредседатель краеведческого общества «Москва — Волга» Сергей Гаев.

Газета 'Москва Северо-Запад' #29 (304) август 2016 стр.14

Вышка по дороге на пляж

— Последняя лагерная вышка — невысокая, метров пять, — стояла здесь до начала 1980-х. Мы с ребятами ходили купаться на 3-й Химкинский пляж. Вокруг были дачи, сады, а за забором — пансионат Моссовета, — рассказывает он.

Сергей останавливает автомобиль в Никольском тупике, у входа на огороженную территорию с табличкой «Жилой комплекс «Чайка».

За оградой — красивые коттеджи, на месте вышки — домик охранников.

— А вот там, на спуске, вблизи Химкинской плотины, по описаниям, было кладбище. Точнее, и сейчас есть, его никуда не переносили, — рассказывает Гаев.

Хоронили в братских могилах

Постановление о том, что заключённых надо хоронить в специально отведённых местах — на расстоянии от канала, по которому в Москву будет поступать питьевая вода, — вышло только в конце 1935 года. До этого два года умерших закапывали в братских могилах где придётся.

— Есть данные, что ещё одно захоронение было в районе шлюза №9, Карамышевского, — там, где собираются строить новый вантовый мост, — говорит Гаев. — Известны и места, где стояли бараки Дмитлага. Один — на Иваньковском шоссе, где раньше был завод «Термометр», а сейчас начинается ЖК «Покровское-Глебово». А в другом размещалось отделение Бассейновой больницы.

Из Наркомвода — в НКВД

Два ряда колючей проволоки, сторожевые собаки, плакаты «От жаркой работы растает твой срок!» и звонкое имя «каналоармеец» пришли на территорию нынешнего Тушина, Покровского-Стрешнева, Хорошёво-Мневников летом 1932 года. Москворецкий участок — 8 километров от Химок до Тушина — был последним по счёту, девятым участком канала, который должен был протянуться до Дубны. Но строить его начинали одновременно с другими участками.

Это было необходимо, поскольку к началу 1930-х годов город израсходовал все запасы воды. Летом глубина Москвы-реки напротив Кремля составляла 50 сантиметров.

Решение задачи поручили Народному комиссариату водного транспорта — Наркомводу. Но работы шли не так быстро: не хватало средств, рабочей силы. Через год этот «проект» передали ОГПУ, которое позже было преобразовано в НКВД. Это ведомство недостатка в трудовых ресурсах уже не испытывало…

«Дали немного, сидел недалёко»

В Тушино, как и на другие участки канала, пошли эшелоны заключённых с заканчивающейся стройки Беломорканала. Поступала и свежая рабочая сила — новые арестанты. Среди них был Николай Егорович Игумнов, дед Сергея Гаева.

— Как говорила бабушка, «дали немного, сидел недалёко», — вспоминает Гаев. — Дед был водителем на грузовой машине, откликнулся на просьбу приятеля перевезти дрова. А они оказались ворованными… А вообще, в моей коллекции старых документов есть приказ по НКВД: «Для строительства канала арестовано 20 инженеров-гидротехников, 10 инженеров-электриков. При необходимости эти цифры будут увеличены».

При выполнении нормы — 8 кубометров вынутого грунта за смену — заключённый получал 1300 граммов хлеба в день. При невыполнении пайка снижалась до 300 граммов. Точных цифр — сколько народу погибло на строительстве канала Москва — Волга — нет, документы уничтожены.

Николай Егорович освободился в 1937 году. Каналоармейцам, дожившим до сдачи объекта, давали справку о том, что свою вину они искупили. Через четыре года, в 41-м, он ушёл на фронт, откуда не вернулся.

На каких именно объектах канала работал дед, Сергею узнать не удалось. Архив Дмитлага был уничтожен во время войны.

Сдавали в спешке, с недоделками

Вид с галереи у 7-го шлюза завораживает: синяя вода и небо, белые паруса и облака. Внизу ждут, пока откроется сегментный затвор, широкая баржа и юркий катерок, идущие со стороны Щукина.

— На том берегу стоял лагерь, который обеспечивал строительство плотины и частично шлюза, — показывает Сергей на заросли на противоположной стороне. — На этом берегу, ближе к Лодочной, жили строители туннеля под каналом на Волоколамском шоссе. Третий лагерь был там, где сейчас «Алые паруса». Оттуда водили на строительство железнодорожного моста вблизи 8-го шлюза. Он, кстати, был построен всего за год и один месяц. Рекордные сроки даже сегодня, с учётом нынешней техники.

Официально канал открылся летом 1937 года, но сдавали его в спешке, с недоделками. Чтобы их устранить, потребовался ещё год.

Нет даже памятной таблички

Дом Наркомвода на Большой Набережной, 11, знают все. Его построили заключённые, и там жило руководство канала. В светло-зелёном здании рядом с мостиком у 8-го шлюза размещалось управление канала. Много на территории СЗАО и других напоминаний о Дмитлаге. Но нигде нет ни одного памятника и даже мемориальной таблички.

Сергей достаёт из папки копию пожелтевшего документа, сбоку гриф «Сов. секретно»: «Даю настоящую подписку в том, что нигде, никому и ни при каких обстоятельствах не буду сообщать какие бы то ни было сведения, касающиеся жизни, работ, порядков и размещения лагерей НКВД…» Подпись — Сгадова Мария Ивановна, должность — уборщица, дата — 17 января 1936 года…

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Я ознакомлен и согласен с Политикой конфиденциальности *