Просмотров: 139

Аргунов Е.И. – “О канале” (1930-40е гг.) Часть 1

Часть 1

Вспоминая про строительство канала Самая большая стройка сейчас, после стольких лет его пуска, я вижу, насколько грандиозным было это строительство. Про канал рассказывают экскурсоводы туристам, путешествующим по нему на теплоходах, но какой-либо большой книги про канал, про его строительство и историю, или фильма про него я не видел.

Про Беломоро-Балтийский канал было кино «Заключенные», где частично было показано, как его строили. Там, в Карелии, грунт был тяжелый, еще хуже, чем в Подмосковье, сплошные камни и скалы. Приходилось их  взрывать, а камни и грунт вывозить. Эти камни из Карелии в дальнейшем пригодились, их привозили сюда и обкладывали ими берега канала Самая большая стройка.

Канал Самая большая стройка нужное сооружение. Его строили на века, предвидя, что город Москва не сможет обойтись без волжской воды. Кроме того, в результате открытого судоходства, от Белого моря до Черного, Москва стала портом пяти морей.

Открыт был канал 15 июля 1937-го года. Он имеет протяженность 128 километров, соединяет реки Москву и Волгу, начинаясь на правом берегу Волги, вблизи нынешнего города Дубна и заканчиваясь 7-ым – 8-ым шлюзами в Тушино в Москве. Канал пересекает Клинско-Дмитровскую гряду и 19,5 километров проходит по водохранилищам. От Икши до Химок образует Икшанское, Пестовское, Пяловское, Учинское, Клязьминское и Химкинское водохранилища. Глубина судоходной части канала от 7 метров. В части водохранилищ также прокладывалось русло канала, чтобы глубина везде была не менее 7 метров.

Иваньковское водохранилище, образованное плотиной в районе г. Дубна, находится на высоте 124 м над уровнем моря. Водораздел лежит на высоте 162 метра над уровнем моря. Воду закачивают в канал и водохранилища из Волги, так как московский уровень выше волжского на 38 метров.

 

Я в 1930-м году, живя в Мысове, даже не осознавал, что это такое – канал, и никто нам не объяснял, для чего он нужен. Но скоро, уже в 1934-м году, я ощутил наяву его дыхание, когда от Мысово стали отторгаться большие участки земли.

Перед строительством канала всю трассу разбили на участки, в которых были построены бараки для заключенных, двухэтажные бревенчатые дома для вольнонаемных строителей, специалистов и охраны, бани, клубы, столовые и продуктовые палатки. Охраняли заключенных воинские части НКВД.

На протяжении копаного русла канала попадались возвышенности, в этих местах берега канала получились высокие. Таких мест пять. Но самая высокая возвышенность пришлась на 3-й Котовский участок.

Отрезок строительства канала от села Лихачево до Новосельцево был разделен на 3 участка. В середине находилось село Котово с сельским советом, административной единицей, и участки, соответственно, назвали 1-й, 2-й, 3-й Котовские. От Новосельцева до Хлебниково 1-й участок, от Хлебникова до пересечения с рекой Клязьмой 2-й участок, от перемычки до села Лихачево 3-й участок. Сейчас в том месте, где был 3-й участок, находится поселок Гранитный. Вместо 2-го участка – поселок Водники («Островок»). Был еще поселок «Глубокая выемка», сейчас он слился с поселком Гранитный. Этот поселок состоял из трех бревенчатых 2-х этажных домов и клуба в бараке. В домах жили вольнонаемные специалисты, врачи, инженеры и иностранные специалисты. Этот поселок располагался в мысовском западном парке.

Как бы ни был нужен и дорог канал, но его строительство имело и отрицательную сторону. Там, где образовались водохранилища и был сооружен сам канал, были когда-то полезные сельскохозяйственные угодья. Мысовский совхоз потерял земли между Трахонеевым и Ивакиным, земли, отошедшие под сам канал от Хлебниково до с. Лихачево, земли под лагеря 2-го и 3-го участков. Помимо того, большую часть поля между Мысово и Котово, между ул. Парковая и пр. Пацаева, заняло управление 2-м и 3-им участками. Сейчас эта территория занята автомобильной в/ч.

Водохранилище залило 3 мысовские луговины, лишились и Мысовской гидроэлектростанции (по плотине гидроэлектростанции я с родителями ходил пешком на железнодорожную станцию Хлебниково, где была единственная поликлиника на округу) и кирпичного свинарника, которые взорвали при строительстве, перед заливом водохранилища. Свинарник было жалко, более ста свиней в нем могло содержаться. Перед взрывом стекла домов заклеили бумажными полосками, чтобы не разбились.

В Мысове, в бывшем старом клубе, на втором этаже поселили 2-х заключенных без лагерной охраны. Одна женщина – врач терапевт без одной руки. Ей дали 10 лет за неверно поставленный диагноз, повлекший смерть пациента. И назначенная к ней прислуга – тоже женщина с Урала из раскулаченных. Жили они вольно, врача на работу возили на коляске, запряженной лошадью.

Работал продавцом в мысовском магазине Петров Павел Павлович. Звали мы его дядя Паша. Сам он был из Костромской области, где так же работал продавцом. Как-то при ревизии нашли у него излишки, за что и посадили на 10 лет, а потом отправили на строительство канала. Работал он кладовщиком в столовой на 2-м участке (пос. Водники). После окончания строительства канала его освободили, он женился здесь и остался жить. Я с ним был близко знаком и до войны, и после. Он нам рассказывал, что заключенных кормили нормально, хотя местное население в то время жило бедновато и голодновато. Одевали заключенных в добротную одежду, порядок был полный. Если бы плохо кормили заключенных, то даже тачку с землей руках просто не удержишь, не то, что копать землю по 8 часов.

Управление 2-м и 3-м Котовскими участками находилось в большом 2-х этажном доме. Рядом с ним была артезианская водокачка, магазин и ряд подсобных, хозяйственных строений. В управленческом доме, со стороны шоссе располагалась терраса с нишей, в которой перед вводом в строй канала был установлен действующий макет этого участка. На макете было показано, как проходит поезд по мосту, как под мостом одновременно с поездом проплывают теплоходы в две стороны. Такое представление периодически повторялось на радость местным детям.

 

Канал в нашей местности начали копать с лета 1933-го года. Сначала вскрывали размеченную поверхность. Полезный слой почвы вывозили на телегах в низины и овраги. Копали в основном лопатами, кирками и увозили глину и песок в сторону от канала.

Вдоль канала от ст. Хлебниково и до с. Лихачево с двух сторон будущего русла канала, проложили железные дороги. Через реку Клязьму сделали бревенчатые мосты. Грунт грузили на железнодорожные платформы, и паровозик развозил его в основном для железнодорожной насыпи, которую готовили для возведения мостов через канал и р. Клязьму. Потом уже по насыпи и мостам положили шпалы и рельсы и пустили поезда.

Для выемки грунта применялся метод перевалки, когда грунт перекидывался и поднимался все выше и выше. Прокладывали широкие доски и по ним на тачках возили грунт. Тачка была на одном металлическом колесе с бортиками по бокам. Чтобы возить такую тачку и не завалить её на бок, нужна была сила и сноровка. Насыпи имели отлогие склоны, по которым уже лошади возили грунт к железнодорожным составам.

После того как докопали до дна будущего канала, которое представляло собой ровную горизонтальную поверхность, начали укреплять берега от оползания. Вбивали пропитанные нефтью сваи вертикально, затем связывали металлическими скобами продольные бревна в виде шпал.

Строили заградворота, пока еще не было воды. Это сложное сооружение на 2-м и 3-м Котовских участках было только одно. Полукруглые баки заградворот делали из железобетона. Секции заградительных трапеций тоже делали из железобетона, их внизу у основания на дне канала укрепляли на шарнирах и укладывали друг на друга. Как укладываются фишки домино, после того как их поставили вертикально и толкнули первую. Вверху, когда вторая секция будет поднята, то её с двух сторон закрепляют замками в виде крючков из стальной пластины. Верхние части фермы связаны стальной цепью, звено такой цепи весит не менее 5 килограмм, а в сечении 30 мм. Эту цепь, когда поднимают заградительные фермы, тянет лебедка, приводимая в движение мощным электродвигателем. Я принимал участие в пробном подъеме заградворот в годы войны.

Заградворота и до войны и во время войны были, как и мосты, охраняемыми объектами. Для строительства заградворот потребовалось много песка, цемента и арматурных стальных прутьев. Песок брали на луговине напротив мысовской конюшни. Лошади везли телеги с деревянным кузовом одна за другой. На телегах ехало по 3 заключенных с лопатами без конвоя, они выкапывали ямы глубиной около 3-х метров, грузили песок на телеги. Песок там был очень чистый, без камней, глины и крупных включений. Целое месторождение песка. Когда-то в давние годы, река Клязьма протекала по левой стороне поймы, но с годами, в результате вращения Земли, русло реки смещалось вправо, и его прибило к высокому правому берегу. Река оставила после себя наносной  чистый речной песок.

 

Мне в 1935 году приходилось проходить около перемычки пешком по дну выкопанного канала. Ширина реки Клязьма была 10-15 метров, глубина 0,5 – 1 метр. Дно канала было ниже дна Клязьмы на 5 метров. Чтобы вода реки не заполняла дно канала, при строительстве реку не трогали. И она продолжала свое течение выше дна канала. Отсюда и получило это место название «перемычка». Когда пришло время заполнять канал волжской водой, когда уже построили шлюзы, заградворота, тогда запрудили реку Клязьму около деревни Ивакино. Поскольку Клязьма отличалась медленным течением, то было достаточно времени, чтобы скопать перемычку, то есть ликвидировать её и сравнять дно реки с дном канала, и уже только тогда начали заполнять канал. Уровень воды довели до 4-х метров и пустили судна с камнями, которыми поочередно по участкам, начиная с Дубны, стали обкладывать берега канала, которые до этого были обложены бревнами. На это ушло около миллиона кубометров камня.

Когда уложили камни, начали качать воду из Иваньковского водохранилища и заливать канал и водохранилища. Уровень воды поднялся на 2 метра от затопленного верхнего уровня Клязьмы. Канал стал глубиной 6-7 метров. Заполняли канал водой почти 2 года, начали весной 1936 и закончили в июле 1937 года. Тогда и пустили теплоходы по каналу. Во время заполнения Клязьминского водохранилища, мы, ребята, ходили по затопленному лугу пешком, там было тогда по колено, но уже развелось много ракушек. Были и глубокие участки – в местах, где добывали песок.

Канал Самая большая стройка прошел прямо посередине станции Хлебниково, новую станцию сделали ближе к Шереметьевской. Потом, когда залили канал, открыли железнодорожную остановку “19 километр”, переименованную потом в платформу “Водники”. На месте железнодорожного переезда у платформы “Водники” раньше был металлический мост, под которым ходили поезда. Сейчас от старой железной дороги остался только мост через Клязьму, по которому ездят автомашины на “Островок”.

 

Когда открывали канал, нас – ребят из Мысова, прокатили на грузовом автомобиле. Это была полуторка с открытым кузовом. Нас посадили на скамейки и повезли. Это была моя первая поездка на автомашине, так как в совхозе Мысово не было автомашин, а было много лошадей. Провезли нас через железнодорожный переезд мимо деревни Щапово, на Дмитровское шоссе, по новому шоссейному мосту через канал, мимо деревни Капустино и обратно. Впечатление было незабываемое. Вид для нас новый, широкий, да и поездка с ветерком.

На 3-м участке была глубокая выемка. Это от железной дороги и за селом Лихачево, особенно от заградворот до Лихачево и далее. Село Лихачево стоит на высоком месте, и копать там приходилось очень глубоко. Там выемка была в четыре яруса. Теплоход проходит это место как будто в ущелье в горах.

Приезжал посмотреть на построенный канал  и К.Е. Ворошилов со своей свитой на конях в районе 3-го участка. Ехали они вдоль усадьбы Мысово по дороге, которая была проложена до д. Ивакино и до Траханеево. Ребята, узнав, бежали босые сбоку процессии и кричали Ворошилову: «Ура!», он обернулся и передразнил их, тоже крикнув им в ответ «Ура!».

Как только пустили канал, то на перемычке сделали лодочную переправу, казенную. С оплатой по билетам. Траханеевские, Тереховские и Ивакинские переправлялись на лодке, чтобы попасть на железнодорожную платформу «19 километр» – теперь «Водники», а также в мысовский клуб в кино или на танцы.

Канал проектировали с умом и знанием дела. Ни одна река, пересекающая канал, не пропала, так же как и река Клязьма. В Пирогово сделали плотину и вода, как и раньше, в том же объеме продолжила свое течение. Населенные пункты, отрезанные каналом, не вымерли. На канале делали лодочную переправу или паромы, и это все надежно работало. Стоил перевоз 3 копейки, что было совсем не дорого. Сейчас все это поломано, не осталось ни одного парома, а лодки только частные не с гарантированной переправой и отсутствием спасательных средств, и то кое-где.

 

Освободившиеся лагеря для заключенных на 2-м и 3-м Котовских участках решили по-хозяйски использовать. Бараки и дома ведь остались, и были еще пригодны для проживания.

На 2-м участке начали строить судоремонтный завод, который потом стал называться ХСРЗ. На 3-м участке для строительства в Москве Дворца Советов построили завод камнеобработки. Людей набирали по вербовке, как на Дирижаблестрой. Со всех концов СССР приезжали люди и обживали новое жилье в виде бараков. Сначала провели железнодорожную ветку до будущего завода камнеобработки. Она пролегла вдоль канала по селу Лихачево и через завод №207 – ныне ДНПП, на станцию Марк. Затем сделали причал на канале для барж, которые должны были возить камни для обработки. Пристань была напротив поселка Глубокая Выемка, там, где сейчас школа №7. Пока еще не завезли необходимые станки для обработки камня, завод временно осваивал другую продукцию.

В одном из домов возле завода был открыт маленький музей, в котором демонстрировался макет проекта Дворца Советов. На нем можно было увидеть все помещения, статую Ленина  наверху, где что будет располагаться, что в голове Ленина, что в кольце, на котором он стоит, что в его руке. В Москве же, где раньше был храм Христа Спасителя, начали уже возводить остов дворца из стальных швеллеров большого размера. Уже подняли их до 6-го этажа.

А завод камнеобработки приступил к выпуску глиссеров, таких, как был показан в фильме «Вратарь» и аэросаней, как в фильме «Семеро смелых». Глиссеры спускали на воду в Мысове. Там сделали напротив конюшни рельсовый спуск, и тележка, на которой был глиссер, скатывалась в воду водохранилища. Она удерживалась упорами, а глиссер оказывался на плаву. Так спускают и другие водные судна. Аэросани делали в 1939 году, они использовались во время войны с Финляндией.

С 1937-го года по каналу начали курсировать различные теплоходы, однопалубные, двухпалубные и трехпалубные. Они строились сериями. Самые маленькие прогулочные суда получили названия Чкалов, Громов, Водопьянов, Коккинаки, Байдуков, Беляков. Средние: Молоков, Каманин, Доронин и др. Большие: И.Сталин, К.Ворошилов, М.Калинин.

Мы, ребята, стояли на берегу и махали руками людям, проплывающим на теплоходах, они махали нам руками в ответ. Было радостно и интересно. На теплоходах играла музыка и на палубе люди танцевали. Любимым развлечением ребят было качаться, плавая на волнах. А волны были крутые. Особенно когда теплоход проплывал близко к берегу. Некоторые смельчаки подплывали совсем близко к теплоходам, что было очень опасно.

Под действием волн и времени берега канала, обложенные камнями, в некоторых местах стали осыпаться и образовались промоины. Их путейные службы вновь засыпали камнями, укрепляли берега. Но разрушение продолжалось, и тогда берега обложили железобетонными наклонными плитами. Они тоже оказались недолговечными, пришлось вбивать железобетонные сваи и делать облицовку из вертикальных блоков. Они и сейчас стоят, но на участке канала от Дубны до Икши еще остались берега выложенные камнями. Склоны канала, и низкие, и многоярусные, обложили дерном, укрепили его, сделали между ярусами кюветы и сточные желоба. Засадили берега кустарником деревьями.

Продолжение

Print Friendly

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *